2021-07-31
125Внутренние перемены, переход латиноамериканских государств от авторитаризма к демократии качественно изменили и их внешнеполитический курс, и его приоритеты. Внешней политике авторитарных режимов, включая их дипломатическую практику, были свойственны такие основные общие характеристики: Закрытый характер, стремление к обособлению, игнорирование мирового общественного мнения в отместку за его осуждение антидемократических режимов, прежде всего за преступления против человечества. Смычка с однотипными режимами под знаменем «черного интернационала» с целью совместной борьбы, в первую очередь методами терроризма, против укрывшейся в эмиграции активной политической оппозиции, подмена дипломатии политическим сыском. Особую опасность представляли диверсионно-террористические действия в рамках операций «Кондор» военных режимов государств Южного конуса в сочетании с альянсом милитаристов, например, помощью Аргентины диктатурам центрально-американских государств в борьбе против освободительных движений. Тяга к союзу с откровенно расистскими режимами (например, ЮАР до ликвидации там апартеида). Нетерпимость к многообразию процессов мирового развития, их черно-белое видение, крайняя степень идеологизации внешней политики, враждебное отношение к СССР, его политическим союзникам, особенно к Кубе. Приверженность доктрине «идеологических границ» как основе всех вариантов более общей доктрины национальной безопасности. Рефрен о капитуляции христианской цивилизации перед мировым коммунизмом и победе последнего в ползучей третьей мировой войне. Милитаризм как главный приоритет региональной политики. Стремление к сколачиванию военных блоков типа несостоявшегося САТО, попытки оправдать гонку вооружений ссылками на «агрессивность Востока» и «козни» соседей, особенно если они правовые государства. Ядерные амбиции военных режимов в Аргентине и Бразилии. Шовинизм региональных держав (Бразилия, Аргентина), их борьба за лидерство на континенте, попытки вовлечения в сферу своего влияния менее крупных стран. Провоцирование давних межгосударственных конфликтов, прежде всего по территориальным вопросам, и создание новых «болевых точек» в отношениях с соседями. Геополитическая зависимость от США, готовность призвать их диктат, добровольно ущемить собственный национальный суверенитет (характерная особенность военных режимов в странах Центральной Америки и некоторых карибских странах), одобрить агрессивные действия Вашингтона против неугодных ему режимов в сочетании с трусливым поношением «излишеств» североамериканской демократии.
Разрыв с прошлым стран, ставших на путь демократических преобразований, носит нередко болезненный характер: мертвый хватает живого и на обновленном организме сохраняются родимые пятна авторитарного былого. Тем не менее современная внешняя политика латиноамериканских государств, претерпевшая качественные изменения, характеризуется такими признаками: Открытость, предсказуемость, соблюдение норм международного права, цивилизованное поведение. Деидеологизация внешней политики, отказ от доктрины «идеологических границ» и переход на позиции «ответственного прагматизма», активность, стремление избежать риска маргинализации в мировой политике. Внешняя политика прежде всего как инструмент укрепления внешнеэкономических позиций с целью роста экспорта, получения зарубежных инвестиций и долгосрочных кредитов для развития национальных открытых рыночных экономик, встроенных в мировое хозяйство. Реализация миротворческого потенциала, отказ от военных блоков и гонки вооружений. Практические меры с целью урегулирования на континенте межгосударственных и региональных конфликтов, в том числе на коллективной основе; готовность к компромиссу при решении территориальных споров; замена недавней враждебности и подозрительности добрососедством и всесторонним сотрудничеством. Латинская Америка как главный внешнеполитический приоритет, экономическая интеграция основа двустороннего и особенно многостороннего сотрудничества; интеграционные процессы в сфере политики, совместные действия против наркобизнеса, терроризма, коррупции, экологической угрозы; солидарные действия, включая осуждение антикубинской политики США; новая роль ОАГ, других межамериканских организаций. Отказ от безоговорочного равнения на США, стремление к равноправным партнерским отношениям с великим северным соседом; защита суверенных прав, особенно в связи с дискриминационными экономическими мерами США. Укрепление связей, прежде всего торгово-экономических, с ведущими европейскими государствами, растущее сотрудничество с ЕС; осознание иберо-американской идентичности; тихоокеанское направление внешнеполитической и особенно внешнеэкономической деятельности. Ослабление участия в Движении неприсоединения, отказ от антиимпериалистической риторики, идеологизированных схем типа «богатого Севера и бедного Юга», лозунгов о возможности «третьего пути» развития («ни капитализм, ни коммунизм»). Возрастание международного авторитета Латинской Америки как
78 одного из мировых центров силы, укрепление позиций в ООН и ее специализированных организациях.
Среди новых индустриальных стран выделились региональные державы, которые также называют региональными центрами силы. К этой категории государств, бесспорно, относятся Бразилия, Мексика и Аргентина. Некоторые исследователи включают в эту категорию стран также Венесуэлу, Колумбию и даже Кубу, последнюю как геополитический центр для карибских островных государств, большинство которых англоговорящие представляют «вестминистерскую модель». Региональные державы по уровню своего развития, материальным и людским ресурсам занимают промежуточное положение в глобальной иерархии, и с центрами мировой капиталистической системы их связывает «асимметричная взаимозависимость». Такая асимметрия наглядно проявляется в отношениях региональных держав Латинской Америки с государствами «большой семерки».
Лидирует среди региональных держав Бразилия. Ушли в прошлое недавние мессианские претензии военных режимов, обосновывавших региональный гегемонизм эклектикой концепций геополитического и биологического детерминизма. Уникальность бразильской цивилизации (концепции «бразилианиад», «лузо-тропической цивилизации») мотивировалась геополитическим, климатическим и этническим своеобразием Бразилии, биологической связью ее населения с народами Карибского бассейна и Африки. Отсюда утверждение, «что восточная граница» Бразилии Ангола, Мозамбик, Г винея-Бисау и Острова Зеленого М^:са.
Концепция «предначертания» питала в Бразилии агрессивную практику субимпериализма, культивировались жандармские функции в масштабе Южной Америки. Стала сенсацией изданная в 1998 г. в Рио-де-Жанейро книга «Военные и их признания: секретная история Бразилии», содержащая интервью автора Элиу Контрейраса с высокопоставленными чинами военных режимов с 1964 по 1985 г. По признанию бывшего начальника штаба ВВС генерала Сержиу Луиса Бургера президент Эмилиу Гаррастазу Медиси (1969-1974) одобрил секретную операцию вооруженную интервенцию в соседний Уругвай для спасения, в случае необходимости, расчистившего путь военной хунте президента Бордаберри.
Процесс демократизации сопровождался эволюцией внешней политики Бразилии, отказом от гегемонизма, признанием приоритетной для всех латиноамериканских стран «стратегии экспорта». Бразилия, как и Аргентина, будучи «пороговой» страной, отказалась от ядерных амбиций. Бразильская администрация ставит себе в заслугу тот факт, что именно дипломатическими средствами сумела в 1991 г. добиться подписания с Аргентиной соглашения о взаимном контроле над ядерными материалами и научно-исследовательскими центрами как гражданскими, так и военными. Этим документом было покончено с соревновательной гонкой в исследованиях по изготовлению собственной атомной бомбы, начатых в 70-е гг., когда у власти стояли военные режимы. Только в 1998 г. Бразилия
79 официально присоединилась к Договору о нераспространении ядерного оружия.
Главная особенность внешнеполитического курса Бразилии его самостоятельность. По оценке бразильского политолога М. Сарайва, Бразилия, Мексика и Индия, несмотря на их сильную зависимость от международного окружения, приобретают частичную автономию при разработке своей международной стратегии по мере того, как растущая интегрированность в мировое хозяйство способствует относительному усилению их торгового потенциала.
Профессор политологии Университета Сан-Паулу Рикарду У. Сеннес так определил присущие Бразилии в числе других «новых индустриальных средних держав» признаки в области внешней политики: в сфере
многосторонних связей эти державы стремятся к проведению коллективных акций и избегают индивидуальных действий и конфликтов, оказывают поддержку международным организациям, что в какой-то мере объясняется их неспособностью в одиночку воздействовать на мировой порядок и существующие правила. На двустороннем уровне эти государства стараются избежать воздействия великих держав и одновременно пытаются оказывать влияние па небольшие страны, в первую очередь расположенные в том же регионе. На региональном уровне они активно стремятся к гегемонии или, по крайней мере, добиваются усиления своего влияния и ослабления воздействия внерегиональных держав.
Бразилия, как ни одна другая южноамериканская страна, вовлечена в проблемы региона. Это определяется не только ее «весовой категорией», но и такими геополитическими факторами, как центральное расположение на континенте, протяженность Атлантического побережья, выход к бассейну Ла-Платы, границы с большинством южноамериканских стран и отсутствие непосредственного влияния какой-либо сверхдержавы. Свое влияние в регионе Бразилия утверждает не игрой мускулами, а очевидным авторитетом тропического гиганта и экономической мощью.
Бразилия признанный лидер среди стран, подписавших в 1976 г. Амазонский пакт, а в 1978 г. договор о сотрудничестве с участием Боливии, Венесуэлы, Гайаны, Колумбии, Перу, Суринама и Эквадора. В 1993 г. «Хартия Манауса» отразила стремление стран участниц пакта содействовать коллективными усилиями развитию бассейна Амазонии. Однако главное направление прорыва замена давнего противоборства с Аргентиной разносторонним и укрепляющимся сотрудничеством. Экономическая интеграция стала мощным катализатором сближения двух потенциально равных стран. Бразильско-аргентинское замирение оздоровило обстановку в регионе, особенно в странах Южного конуса.
Признаки переориентации внешнеполитического и особенно внешнеэкономического курса обозначились в середине 1998 г. Руководство страны заявило, что для Бразилии самая приоритетная задача вступление в «большую семерку». В клуб наиболее развитых государств мира Бразилию начали приглашать для консультаций по актуальным вопросам
80 политического и финансового положения в мире. Это решение продиктовано не в последнюю очередь вступлением в «большую семерку» России, экономический рейтинг которой в мире Бразилия оценивает не выше своего собственного.
Серьезные подвижки произошли в отношениях с США. Хотя Соединенные Штаты продолжают оставаться главным партнером Бразилии, но это партнерство равноправное, не терпящее опеки. А при её проявлении со стороны США неизменно возникают конфликтные ситуации. Объем экономических отношений с США сокращается за счет наращивания связей со странами ЕС и с Японией явление, характерное для всех государств Южного конуса. Этот принцип диверсификации Бразилия распространяет на арабские государства, особенно па экспортеров нефти, на страны Африки, прежде всего португалоговорящие. Эти страны потребители вооружений, с которыми Бразилия успешно конкурирует па традиционных рынках Запада, а также СССР. Однако направление Юг Юг не носит конфронтационноидеологического характера. Выступая ранее за установление «нового мирового экономического порядка», Бразилия уклонилась от участия в Движении неприсоединения. Предмет особых забот бразильской дипломатии ослабление технологической зависимости от Запада.
Аргентина после восстановления демократических порядков активизировала, как никакая другая южноамериканская страна, свою внешнюю политику и на региональном, и на глобальном уровнях. Сдана в архив проникнутая великодержавной идеей национальной исключительности и превосходства концепция «архентинидад». Ее основа историкокультурная самобытность, специфика аргентинского национального духа, образа жизни, в котором проявляется коллективная душа общины и нации в целом.
Современные руководители страны заявили о твердом намерении следовать курсу мира и международного сотрудничества. Вместе с Мексикой Аргентина вошла в утратившую свое значение после конца холодной войны Группу шести («Делийская шестерка») главная цель которой нераспространение ядерного оружия и прекращение гонки вооружений. Аргентина совместно с Бразилией инициаторы принятой Генассамблеей ООН в 1993 г. Декларации о зоне мира и сотрудничества в Южной Атлантике. В 1994 г. Аргентина принята в Международную группу по контролю за ракетными технологиями. В целях укрепления международного престижа Аргентины президент Карлос Менем выступил с рядом инициатив, в частности предложил в рамках ООН создать корпус «голубых касок» для действий в чрезвычайных обстоятельствах, а также корпус «белых касок» для гуманитарной деятельности в районах, охваченных голодом.
Внешнеполитический курс Аргентины, как ни одной другой ведущей латиноамериканской страны, созвучен курсу Вашингтона: от жесткой критики кубинского режима до участия в коллективных миротворческих операциях. Аргентина единственная латиноамериканская страна, направившая воинский контингент в район Персидского залива в ходе
81 организованной США операции возмездия «Буря в пустыне». Аргентина демонстративно вышла из Движения неприсоединения. По оценке министра иностранных дел и культа Гидо ди Тельи, Аргентина должна ориентироваться не на неприсоединившиеся страны, а на самые развитые, «менее многочисленные, но более влиятельные». Отвечая на вопрос, является ли Аргентина развивающейся страной, президент Карлос Менем заявил: «Я категорически не приемлю представление об Аргентине как о развивающейся стране. Мы лишь страна, плохо управляемая». Менем утверждает, что Аргентина, как наиболее европеизированная страна континента, должна стать связующим звеном между Латинской Америкой, с одной стороны, и США и Западной Европой с другой. Парадокс такой позиции состоит в том, что Аргентина единственная латиноамериканская страна, находящаяся в остром конфликте с одной из ведущих европейских держав. Речь идет о Великобритании.
Конфликт достался демократическим правительствам в наследство от последней военной хунты, которая, пытаясь спасти дискредитированный режим победоносной войной, объявила об установлении суверенитета над расположенными в Южной Атлантике Фолклендскими (Мальвинскими) островами, Южными Сандвичевыми островами и островом Южная Георгия. Эти острова были захвачены Великобританией у Аргентины в 1833 г. и в 1963 г. включены ООН в перечень территорий, подлежащих деколонизации.
Мальвинская война для Аргентины обернулась подлинной катастрофой. В ответ на предпринятую Буэнос-Айресом операцию «Суверенитет» «железная леди» Маргарет Тэтчер созвала внеочередную сессию парламента (впервые после Суэцкого кризиса 1956 г.), приняла отставку министра иностранных дел, разорвала дипломатические отношения с Аргентиной, двинула в район Фолклендских островов, объявленных в радиусе 200 миль зоной войны и зоной воздушной и морской блокады, две трети своих военных кораблей с атомным оружием на борту, развязала войну, сопряженную со значительными человеческими жертвами. Только гибель крейсера «Хенераль Бельграно» унесла почти 300 жизней. Впервые со времен Второй мировой войны Латинская Америка стала объектом вооруженной агрессии со стороны государства, расположенного за пределами Западного полушария. Впервые за 100 лет аргентинцы взялись за оружие.
Британия решила проучить аргентинцев. Уже в 1996 г. в книжных магазинах Лондона появилась новинка «Зеленоглазые парни», вызвавшая очередной всплеск эмоций по другую сторону Атлантики, равно как и ранее изданная книга «Путешествие в ад». Их авторы десантники британского экспедиционного корпуса делятся воспоминаниями о фолклендской войне и судьбе аргентинских пленных, которых уже после окончания 15 июня 1982 г. продолжавшихся 74 дня боевых действий убивали без суда и следствия, гоняли по минным полям, расстреливали с вертолетов. Позднее не менее 130 аргентинцев участников войны покончили жизнь самоубийством.
