Проблемы электронной коммуникации

Электронная коммуникация, обладая неисчислимым количеством достоинств, обладает одним принципиальным недостатком – невозможностью непосредственного приема или декодирования ее реципиентом из волновой или оптической записи или движения в биологически воспринимаемую форму информации. В данном виде коммуникации между коммуникатором и реципиентом должно существовать ни одно, а минимум два трансформирующих устройства и соответствующая им система связи. Кроме этого принципиального недостатка электронной коммуникации присущи и традиционные проблемы передачи и приема информации.

1.4.3.1. Технический барьер в радио-телевизионно-компьютерных системах, надо думать, не будет принципиально угрожать качеству ком­муникации, ибо надежность и эффективность электронной тех­ники в XXI в. достигли высочайшего уровня. А.В. Соколов, говоря о социальной коммуникации нового века, считает, что человечеству следует опасаться не слабостей техники, а слишком сильной зависимости от техники. Было бы чересчур оптимистично надеяться, что проблемы информационно­го поиска ранее созданных информационных массивов будут успешно разрешены, ибо для автомати­ческого ретроспективного поиска в документных фондах прошлых лет нужно их соответствующим образом обра­ботать — задача трудоемкая и неблагодарная.

Здесь будут по-прежнему господствовать традиционные документные информационно-поисковые системы в модернизированной электронной форме, но с теми же высокими показателями потерь информации и инфор­мационного шума. Так что ситуация «мы не знаем, что мы знаем» сохранится для фондов документов, изданных до XXI века. Другое дело — поиск в базах данных и информационно-поисковых системах, реализованных по информационным технологиям элект­ронной коммуникации. В них поисковые проблемы вряд ли будут иметь кризисный характер, выражающийся в ограниченности и трудоемкости доступа.

1.4.3.2. Социальный барьер. Электронная коммуникация имеет глобальный характер: по­требителями телепрограмм и пользователями компьюте­ров является большая часть человечества, и это, бесспор­но, значительное достижение науки и техники, просвещения и куль­туры. Создаются материально-технические основы для превращения людей в жителей «глобальной информационной дерев­ни», для формирования Всемирной цивилизации, охваты­вающей все народы. Главные препятствия на этом пути, по мнению А.В.Соколова, — не технического или экономического плана, а со­циально-культурного и политического. Это обусловлено тем, что:

· общечеловеческая единая и унифицированная куль­тура представляет угрозу для свободного развития само­бытных национальных культур, и, следовательно, — духов­ной независимости наций. Отсюда — недоверие нацио­нально ориентированной интеллигенции к лозунгам «открытого общества», космополитизма и интернациона­лизма и стремление воспрепятствовать их реализации. Общеизвестной формой этого протеста являются акции «антиглобалистов». Поэтому, унифицировать национальные культуры в ближайшей перспективе навряд ли удастся. В связи с этим возникает проблема кросс-культурной коммуникации, открывающей общече­ловеческое в национальном;

· коммерциализация коммуникационных систем озна­чает их коррумпированность.Продажность «желтой прессы» — общеизвестный факт документной коммуникации, но там все-таки существовали независимые издательства, жур­налисты, писатели. Монополизированные телекомпании и компьютерные сети, по мнению А.В. Соколова, не терпят никакой свободы слова, кроме показной демагогии. Отсюда — барьеры лжи и об­мана,воздвигаемые электронными средствами массовой коммуникации между объективной реальностью и многомил­лионной аудиторией;

· демократическая западноевропейская пресса в на­чале XX века завоевала обязывающий титул «четвертой силы» в смысле влияния на социально-политическую жизнь. Электронная коммуникация сохраняет этот титул, причем ее потенциал воздействия на население значитель­но вырос. Роль средств массовой коммуникации в поли­тической борьбе часто оказывается решающей. Но эти средства, как и всегда, зависят от своих хозяев, они отрабатывают заказ, полученный от них. Поэтому массовые аудитории традиционно являются жертвойполитических махинаций владельцев телекомпаний и компьютерных се­тей. Но в этом ряду есть одно исключение — это Интернет, который в последующих главах учебника будет рассмотрен более подробно.

Вместе с развитием сетевой электронной коммуникации, возникли и серьезные проблемы, существенно снижающие ее эффективность. Речь идет о взрывообразном распространении «вирусной заразы», «хакерского террора» и «спама». Эти угрозы, имеющие социальную природу, развиваются темпами, опережающими невиданные ранее скорости распространения Сети и сотовой связи. Отдельные аналитики предрекают о скорый закат Интернета, источенного сетевыми червями и вирусами.

1.4.3.3. Психологические проблемы, возникающие уучастниковэлектронной коммуникации, вызывают озабоченность современных уче­ных. Они обращают внимание на ряд негативных последствий постоянного общения с телевизионной и компьютерной техни­кой для нормального развития человеческой психики. А.В. Соколов, в частности, выделяет следующие:

· ослабление внимания, поскольку телесмотрение не тре­бует той сосредоточенности, которую требует чтение; нельзя читать и разговаривать, читать и мыть посуду, а телесмотрение можно сочетать с разными другими занятиями, не занимающими визуальный канал;

· снижение интеллектуальной восприимчивости, вслед­ствие облегченного доступа к аудиовизуальным со­общениям; чтение же требует умственных усилий для понимания содержания текста; отсюда — «леность мысли» у телезрителя и интеллектуальная работос­пособность у читателя;

· мозаичность индивидуальной памяти складывается у телезрителей из-за бессвязности и разноголосицы предлагаемых им сообщений; чтение же может быть (правда, редко) систематическим и целенаправленным.

В результате человек, читающий лучше подготовлен к творческой и коммуникационной деятельности, он более полноценен социально и богат духовно, чем люди «облу­ченные телевидением». С.Н. Плотников, известный со­циолог культуры, рисует два довольно красочных порт­рета «читателей» и «нечитателей». Первые, по его словам, «способны мыслить в категориях проблем, схватывать целое, выявлять противоречивые взаимосвязи; более адек­ватно оценивают ситуацию и быстрее находят правиль­ные решения; обладают большей памятью и активным творческим воображением; лучше владеют речью — она выразительнее, строже по мысли и богаче по запасу слов; точнее формулируют и свободнее пишут; легче вступают в контакты и приятны в общении; обладают большей потребностью в независимости и внутренней свободе, более критичны, самостоятельны в суждениях и поведении». «Нечитатели» же испытывают трудности в речи, переска­кивают в разговоре с одного предмета на другой, облада­ют пассивным, мозаичным сознанием, которое легко под­дается манипулированию извне.

Конечно, эти портреты гиперболизированы, можно сказать, шаржированы. Читательский труд, требующий­ся для коммуникационного познания, по плечу очень не­многим читателям (напомним, что лишь 10 % читателей художественной литературы ставят задачу постичь глу­бинный смысл произведения), а массовое чтение газет, иллюстрированных журналов, детективов и триллеров вряд ли можно считать «гимнастикой ума» и «воспитани­ем души». Подлинным полигоном для развития логического мышления, сообразительности, способности «мыс­лить в категориях проблем, схватывать целое, выявлять противоречивые взаимосвязи», по мнению А.В. Соколова, является компьютерная техника, которая вместе с телевидением образует основу электронной коммуникации. Опыт показывает, что «не­читателями-телезрителями» являются в большинстве сво­ем люди старшего поколения, в прошлом — усердные чи­татели; а «нечитателями-компьютерщиками» — молодежь, предпочитающая Интернет и чтению, и телесмотрению. Однако, психологические барьеры в электронной комму­никации, безусловно, существуют, и они нуждаются в исследовании.

Во всяком психологи-врачи, уже не обсуждают, а лечат эту проблему, превратившуюся в заболевание. Термин “интернет-зависимость” предложил доктор А. Голдберг в 1996 г. для описания патологической, непреодолимой тяги к использованию Интернетом. Он понимает под этим выражением не медицинскую проблему наподобие алкогольной или наркотической зависимости, а поведение со сниженным уровнем самоконтроля, грозящее вытеснить нормальную жизнь. Диагностические критерии расстройства в целом соответствуют критериям DSM-IV для нехимических зависимостей.

По мнению доктора Кимберли С. Янг, профессора психологии Питтсбургского университета, автора книги "Caught in the Net" ("Пойманные в Сеть"), переведенной на многие языки и имеющей очень высокий читательский рейтинг, типичный интернет-зависимый, вопреки сложившемуся стереотипу компьютеромана – это женщина около тридцати пяти со средним образовательным уровнем. Пока нет достаточно достоверных данных, но по предварительной оценке от 1 до 5% использующих Интернетом впали в зависимость от него.

Несмотря на то, что Интернет является идеальным исследовательским инструментом, у студентов появляются проблемы с учебой потому, что они посещают не относящиеся делу сайты, часами болтают в чатах, беседуют со знакомыми и играют в интерактивные игры вместо занятий. У них появляются проблемы с выполнением домашних заданий, подготовкой к экзаменам. Очень часто они не могут сами контролировать время, проведенное в Сети, и поэтому не высыпаются после ночей, проведенных в Интернете.